Навіны і артыкулы

Журналист Катерина Панова пишет для разных СМИ –  Forbes Woman, Фокус, Esquire, National Geographic. Ранее она работала в журнале Корреспондент (2005-2008), телепрограмме расследований «За вікнами» (СТБ, 2009), была редактором отдела экономики журнала «Фокус», писала статьи для Kyiv Post. Уже несколько лет Катерина работает исключительно на фрилансе и сама выбирает себе работодателей. И это несмотря на общее мнение, что выжить на гонорары практически невозможно.

После того как Панова провела  резонансное расследование о буднях украинских заробитчан в Варшаве и еженедельник  Newsweek Polska вынес на обложку ее фотографию, Катерина «проснулась знаменитой». Причем не только в Польше, где ее статья стала темой номер 1 на польских украинских форумах, но и среди коллег в Украине. В июле Панова стала гостем пресс-клуба НСЖУ и НМПУ.

С читателями «Редакторского портала» Катерина Панова делится тем, как выжить на фрилансе и реализоваться в профессии:

Когда меня сократили в Kyiv Post, то одновременно предложили работу на телевидении и  несколько  заказов на  репортажи для печатных СМИ. Освещать «политики партии» на ТВ, пусть и за стабильную зарплату мне показалось нечестным, и я отказалась. Заказов на статьи становилось все больше, и про поиски работы думать было просто некогда.

Так я стала фрилансером. У меня нет зарплаты. Я не знаю, что будет с моей пенсией. У меня нет офиса. Пишу для разных СМИ. Forbes.Woman, Esquire, National Geographic – это те издания, с которыми я постоянно сотрудничаю.

Плюсы фриланса: свобода в выборе темы. Когда ты работаешь в редакции, то ты жена, у которой есть обязанности, а когда фрилансер – любовница. Тебя облизывают и обожают, но у тебя нет никакой уверенности в завтрашнем дне.

Самое главное для фрилансера – активно предлагать себя. Украинские журналисты часто тихо сидят в уголочке и думают, что их кто-то заметит и что-то интересное предложит. Не надо обольщаться. Аудитория не запоминает, кто автор. Главное качество журналиста – настойчивость. Если вам нравится какое-то СМИ, надо стучаться.  Я звоню и говорю: «Я журналист. Меня зовут так-то, я могу писать на такие-то темы». И тут же предлагаю несколько тем исходя из формата издания.  Не вышло сразу — можно пробовать еще.

Выбор темы. Чтобы креативить темы, нужно постоянно находиться в новостном потоке: читать новости, получать релизы, общаться с коллегами и ньюзмейкерами. Но не менее важно внимательно относиться ко всему вокруг, общаться с друзьями не из медиа-сферы.

Тему могу предложить я редакции, но может и редакция – мне. Моя специальность – социалка, бизнес. Много лет подряд пытаюсь предложить украинским СМИ тему религии – в ответ слышу категорическое «нет, не интересно». 

Польский Newsweek давно хотел сделать тему об украинских заробитчанах в Польше, им дала мои контакты коллега, Кристина Бердинских из «Корреспондента», сказав, что я именно тот человек, который мог бы взяться за такой репортаж. В течение месяца мы переписывались с поляками, согласовывая условия и формат материала, и я таки настояла на том, что сама пройду весь путь – от получения рабочей визы, до переезда в автобусе и жизни вместе с нашими заробитчанами.

Почему это было интересно мне? Потому что это тема, о которой мечтает любой журналист. Почему это было интересно Newsweek? Во-первых, потому что украинские заробитчане  – это большая социальная группа в Польше, по разным оценкам примерно 500 тыс человек, треть из которых работает нелегально. Во-вторых, потому что 20 лет назад поляки ездили убирать и строить в Германию и Англию, а позже возрождали свою страну по образу и подобию того, что видели там. В-третьих, человек, который приходит убирать твой дом, видит тебя с изнанки. Конечно, каждому поляку интересно прочитать, как его видит его уборщица. А значит, это интересно Newsweek.

Условия. Условия, на которых я сотрудничаю с украинскими редакциями, стандартные: оговариваем тему, сроки, гонорар. Гонорары у всех не очень большие, поэтому приходится работать много. Максимальный гонорар, который мне выплачивало украинское СМИ, 3000 гривен за статью. Обычный – существенно меньше.

За гонорар нужно бороться, желательно его сразу оговаривать.  Большинство СМИ платят за объем опубликованного текста. Конечно, лучше всего договариваться о деньгах за количество сданных тысяч знаков, а не тех, что остались после редактуры.

Гонорар от Newsweek  был оговорен сразу, и он в разы превышал оплату за подобные репортажи в Украине. Когда я приехала в Польшу, мне тут же выдали аванс. Украинские СМИ авансов не практикуют, наоборот – гонораров приходится ждать месяц – два после выхода статьи. Иногда даже приходится прибегать к легкому шантажу, чтобы выбить деньги на командировку (обычно билеты и гостиницы компенсируют уже потом, с гонораром). И вот в таких крайних случаях я  иногда звоню и говорю: извините, денег на билеты нет,  берусь за заказ другого издания. Как правило, деньги находятся.

Дополнительным условием моей работы с Newsweek  было то, что еще один текст на эту тему я напишу и опубликую в Украине. Сейчас я готовлю такой текст для «Корреспондента».

Работа в поле: Newsweek. Во Львове я села на автобус «Львов-Варшава». Со мною ехали женщины, которые работают уборщицами, и мужчины, которые работают на стройках.  За одну поездку в автобусе я узнала больше, чем за три недели предварительного сбора материала в Киеве. Отсюда вывод: работайте в поле. Сидеть за компьютером в редакции – это далеко не вся журналистика.

Newsweek мне снял гостиницу. Я там прожила два дня, пока не нашла жилье, в котором жили другие заробитчанки. Я жила в тесной комнате на четверых. На самом деле, это очень приличные условия. У нас было чисто, были вода, отопление, свет. Мои коллеги рассказывали, что до этого жили в маленькой комнате, где их было 16, а зимой замерзала вода в стакане.

Я много фотографировала своих героев. Когда они узнали, что я журналист, то попросили, чтобы их фото нигде не публиковались. Поэтому в итоге на обложке Newsweek оказалась именно моя фотография – остальные отказались.

Я должна была быть как они. Я убирала и жилые апартаменты, и автомастерскую, которая, наверное, была самым грязным местом, которое я когда-либо видела. Собирала в поле клубнику. Рабочий день – 10 – 12 часов в сутки. Оплата ориентировочно 5 долларов в час.

Они скромно едят – вермишель, кашу. Они не ходят в музеи-театры. Они не читают. Все заработанные деньги – для семьи, которая осталась в Украине. Все разговоры только о доме. Они не хотят в Европу. Они хотят домой.

Я работала в Варшаве в общей сложности месяц. Как-то туда на научную конференцию приехал мой друг. Мы сидели в ресторане, и я чувствовала себя очень некомфортно. В голове работал счетчик: слишком дорого. Хотя объективно это было в 2 раза дешевле, чем в Киеве. И больше всего мне хотелось домой. Только домой. 

Редактура. В Newsweek текст проходил несколько этапов редактуры. Изначально я написала 26 страниц текста. На русском. Потом все было переведено на польский. А в результате опубликовано тысяч 12 – это приблизительно 5 страниц из 26. Эмоции по этому поводу у меня могут быть разными, но я уверена: редактор лучше знает формат своего издания, чем я. Тем более что я не знаю польского и не до конца понимаю читателей журнала.

Мне не очень импонирует, что в начало статьи вынесены истории о том,  как некоторые мужчины предлагали мне заняться сексом вместо уборки. Потому что это был маленький эпизод, которому придали слишком много внимания. Но редакторы посчитали нужным начать статью так. Думаю, им виднее. Я сама была редактором и твердо знаю, что умные мысли нужно заворачивать в блестящую упаковку.

Смежные профессии. Выжить на фрилансе трудно. Кроме того, что я работаю для СМИ, я берусь также и за коммерческие заказы. Например, на деньги авиакомпании я летала в Аргентину, где снимала видео, фото и писала блог. Они мне не платили гонорар, зато полностью взяли на себя оплату моего путешествия – мне это показалось интересным, и я согласилась.

Можно подработать фиксером – разрабатывать темы и организовывать встречи для западных телевизионных групп в Украине. Я такую работу не очень люблю: фактически ты готовишь тему, полностью ее разрабатываешь, договариваешься обо всех интервью, полностью их переводишь, но при этом ты не просто остаешься за кадром – ты никто. И темы-то непростые: нелегальные шахты, наркотраффик… Зато такая работа довольно денежная – средний тариф 100 долларов в день.

Также западные СМИ щедро оплачивают работу в архивах по поиску украинских корней голливудских звезд.

Можно подработать и гоустрайтером: писать тексты за кого-то. Но искать такую работу целенаправленно не стоит –  она должна сама тебя найти. Оплачиваются такие тексты щедро. Я не горжусь, что я это делаю, но такие заказы дают мне возможность заниматься социалкой, которая оплачивается более чем скромно, но требует изрядно и денег, и времени, и труда.

Резюме:

1. Если вы фрилансер, активно  предлагайте себя тем СМИ, которые вам нравятся и которые вы сами читаете. Не стесняйтесь звонить первыми, вас не покусают.
2. Большинство редакторов СМИ не знают, чего они хотят. Каждый раз на летучке они мучаются от дефицита тем. Поэтому предлагайте свои идеи — вам будут рады. Чем более продуманный и четкий у вас проект, тем больше шансов. 
3. Я уважаю редактора, но если мне заказали материал, а потом завернули с расплывчатой формулировкой «не пойдет», я прекращаю работу с таким СМИ.
4. Ищите работу на других рынках. Если не знаете английского, то есть смысл обратить внимание на российские СМИ: у них выше гонорары и есть издания с очень хорошим уровнем журналистики. Не забывайте, что иностранцам интересны только те темы из Украины, которые касаются их.
5. Сами снимайте видео и делайте фото к своим материалам: это позволит заработать больше. К тому же это интересно.
6. Боритесь за свои гонорары, не пускайте вопросы оплаты на самотек.
7. Никогда не пишите бесплатно. Это неуважение к себе.

Источник: Леся Ганжа, Редакторский портал